Валентина Малиновская — один из мастеров Йога-марафона в Одессе — рассказала нам о своем пути к йоге и сегодняшней практике.

Вы по образованию актер театра кукол? Расскажите об этом этапе вашей жизни.

С детства мне был интересен цирк, театр, выступления. И после школы я поступила в театральный институт на кукольное отделение. Но будучи максималисткой и идеалисткой, я быстро разочаровалась к подходу к театру внутри вуза.

Я посещала театральные фестивали, постановки в стиле модерн, мастер-классы,  видела необычные, яркие направления и все больше осознавала, что то, что происходит в институте, и современный театр — это два разных мира.

В итоге я бросила институт и участвовала в международных театральных проектах и фестивалях. На тот момент театр был моим огромным увлечением и моей работой.

Как появился интерес к йоге?

Когда мне было 15 лет, мама стала расспрашивать меня, кем я хочу быть. Я не знала. Но помню, что ответила, что мне интересно как устроен человек, медицина, но я не хочу в медицинский, не хочу быть врачом.

Тогда в Харькове существовала Медицинская Академия Йоги, и мама предложила пойти туда, посмотреть, позаниматься. Так я стала заниматься йогой. Никакой другой йоги в Харькове не существовало на тот момент (это был 1992 год).

Но школа оказалась эзотерической (это была школа Гуру Ар Сантэма), и основной упор делался на то, что мне рассказывали, как мне надо жить. Я поняла, что ищу не этого и оставила занятия. Там я познакомилась с асанами, но не с йогой.

Позже мой хороший друг женился на москвичке,  которая занималась йогой Айенгара. Она отстроила меня, дала какие-то основные ключи к пониманию правильной работы в асанах, иногда привозила книги и видео с семинаров (в Москве их было уже много на то время, а в Харькове не было вообще ничего). И я долгое время занималась сама.

Моя практика тогда была связана с множеством травм, ошибок, попыток. Да, я много приобретала, но это был долгий и трудный путь. Все пошло намного быстрее и легче, когда я стала целенаправленно обучаться. И на первом же своем преподавательском курсе я познакомилась с Сергеем Агапкиным и поняла, что именно у этого человека мне интересно учиться, и продолжила образование у него.

То есть почти 12 лет вы занимались йогой самостоятельно?

У меня просто не было выбора. В Харькове никто тогда не преподавал йогу. Хотя, когда я училась в институте, мой преподаватель по сценическому движению организовал обязательный факультатив.

Когда мы, студенты, пришли туда, то оказалась, что он давал хатха-йогу. Но из группы об этом знала только я. Остальные думали, что мы занимаемся просто партерной гимнастикой для сцендвижения.

Я уже занималась в Академии Йоги и кое-что умела, но на его занятиях очень много поняла про свое тело, работу в асанах, про внимание. С этим преподавателем была настоящая йога: и в работе с телом, и с вниманием.

14917202_1124496904254040_1747152354011122301_o

Йога и театр есть ли для вас в этом что-то общее?

Те методики, которые давались в институте, точно никак не связаны с йогой. В других школах, в которых я занималась, был некоторый элемент самопознания, но я бы не сказала, что он связан именно с духовной практикой. Скорее это техники личностного роста. В них ты работаешь с социальной частью своей жизни, а не с той, с которой ты работаешь в йоге. Но у нас такие методы совсем не распространены. Это не модные течения, но они есть. И такой театр мне интересен.

Вы с самого начала хотели преподавать йогу, открыть свою студию?

Нет. Желания преподавать йогу вначале совсем не было. Когда я бросила институт, стала заниматься разными тренингами личностного роста.  Все, что было в театралке, мне пригодилось. Я работала в сфере психологии и эзотерики. Было очень интересно.

На тот момент йоги в моей жизни было меньше, потому что все работа очень увлекала и забирала все время. Но этот этап закончился, исчерпал себя. И мне захотелось делать что-то руками, видеть плоды своего труда. Так я стала парикмахером.

В новом ритме жизни высвободилось время для семьи и ребенка, и для занятий йогой. Всю беременность и после родов я серьезно занималась. Когда ребенку уже было 3 года, ко мне домой пришел друг и увидел, что я усердно занимаюсь дома сама по книгам. Он восхитился моим упорством и сказал, что пора мне уже заставлять заниматься других.

И так я стала вести группу на дому для четырех человек — моих друзей. С нее я и начала. Потом друзей стало больше, они перестали помещаться и сами нашли зал. Я стала преподавать для друзей в зале. Потом меня стали звать в другие места. Постепенно йога вытеснила ту мою жизнь, в которой я была парикмахером. Хотя я была хорошим парикмахером, у меня были ученики и свои курсы. Я плотно проработала парикмахером лет 10.

Но преподавать йогу стало интереснее. Наверное, благодаря тому, что на пути появлялись очень хорошие учителя. Я больше понимала и увлеченность йогой росла.

Многие связывают вас со стилем Аштанга-виньяса-йоги. Вы долго практиковали в этом направлении. Почему выбрали именно этот стиль?

Я вдохновилась этим стилем после семинара Марка Дэрби в Москве. Понравилась практика и сам преподаватель. Я стала заниматься в этой традиции. Аштанга-виньяса очень меня увлекала и так получалось, что самые интересные семинары, самые яркие преподаватели оказывались связаны с этим направлением.

Я ездила на Дэвида Свэнсона несколько раз. Потом еще раз приезжала на такой же преподавательский курс к Дэрби. Ездила на Петри Райсянина, Шарата Джойса.

Но я никогда не хотела ограничивать себя только этим стилем. И в конечном итоге решила, что авторизация преподавателя Аштанга-виньяса-йоги мне не нужна.

Почему вы заинтересовались йога-терапией?

Дело не в том, что мне была интересна именно терапия. Просто есть вопросы, которые никак не обойти. Любой человек, приходящий на занятия, требует внимания к своим специфическим проблемам. Без глубокого понимания физиологии невозможно работать с людьми.

Если для личной практики мне было достаточно информации, то для работы с другими ее остро не хватало. Я понимала, что в любой момент могу навредить. Не хотелось оставаться в ситуации слепого со слепыми. Я рада, что нашла курс Агапкина. Благодаря ему я получила глубокое понимание того, что происходит во время практики.

Теперь мне не важно, у кого учиться. Я могу учиться у собственных учеников. И очень много от них возьму. Информации вокруг очень много, и теперь у меня есть внутренний фильтр, который помогает мне избавляться от мусора и добывать то, что мне надо.

Теперь мне не важно, у кого учиться. Я могу учиться у собственных учеников. И очень много от них возьму.

Часто рекомендации по выполнению асан разных школ, кажется, противоречат друг другу. Но это только на первый взгляд. Здесь не может быть однозначных правил.

Ведь даже одно и то же упражнение, которое выглядит одинаково, может решать разные задачи, и соответственно будет меняться техника его выполнения.

Та же пресловутая триконасана, о которой любят так много спорить айенгаровцы, настаивая, что все ее делают неправильно. Триканосану можно делать для разных целей, можно для стабилизации позвоночника, а можно для раскрытия тазобедренных. И тогда меняется техника.

Кто-то делает с прямой спиной и работает с поясницей, а у кого-то спина круглая и всю нагрузку он несет в тазобедренных. Надо понимать, для чего асана выполняется. Обычно все кажущиеся противоречия разрешаются. Хотя некоторые стили, на мой взгляд, сильно травмируют.

Сегодня у вас есть свой стиль и методика — Баланс-йога. Она очень напоминает черно-белые видеоуроки Кришнамачарьи: динамические последовательности, мягко перетекающие одна в другую сложные формы… Расскажите немного о своей методике

Это стиль в традиции Кришнамачарьи, и схожесть здесь не случайна. У Кришнамачарьи было много учеников, которые учились у него в разные этапы его жизни и их школы отличаются. Но есть общие, основополагающие принципы. Эти принципы сохранены и в этом стиле.

Для нас самой известной является Майсорская школа Аштанга-виньясы. Но стиль там канонизирован. Последовательность жесткая, и как любая жесткая последовательность, она не может подходить абсолютно всем. Те, кому она подходит, достигают в ней прекрасных результатов, а кому она не подходит, травмируются и бросают.

Те же принципы статики и динамики можно применить в более мягких, корректируемых, индивидуализируемых вариациях. Но чтобы менять и индивидуализировать практику, нужно понимать главные биомеханические законы, по которым она строится. Это нелегко, ведь надо глубоко понимать физиологию процесса. Но возможно.

Для себя я выбрала направление, в котором грамотно используется и статика, и динамика, есть подводящие под каждое упражнение, под каждую группу мышц и обязательные компенсации. Здесь можно подстроить последовательность под любую задачу.

14859677_1124496900920707_3192093775393745783_o

Сегодня вы один из ведущих тренеров в Харькове. Большинство харьковских преподавателей — ваши ученики, и у вас серьезная школа в Днепропетровске. Теперь, когда вы достигли высокого уровня в практике, стали известным преподавателем какие цели ставите перед собой?

Сложно ответить. Я не мыслю в таких категориях. Конечно же, у меня есть мечты. Но они не связаны напрямую с профессией. Нет четких планов и ожиданий. В мою жизнь просто приходит что-то и говорит «пора!». Появляются люди, появляются возможности.

Так было с моим первым курсом для преподавателей — мне просто сказали: «Давай, больше некому. Мы в тебя верим». И я начала вести курс преподавателей. Так же недавно провела свой первый вебинар по йоге. Я совершенно не собиралась, но появился запрос, появились люди, которые помогли с подготовкой. Вебинар прошел успешно. И понимаю, что это своевременно. Хотя целей не было.

Я привыкла, что в моей жизни развитие происходит немного иначе, я не ставлю целей. Скорее у меня есть образ того, как мне хотелось бы жить. И то, что приходит либо попадает в этот образ, и я берусь за это, либо я вижу, что меня это не приблизит, и я прохожу мимо.

Вы очень много времени, усилий, энергии отдавали и отдаете йоге. А что йога давала и дает вам? Что самое ценное?

Очень много всего. Хотя оценить тяжело. Когда занимаешься йогой почти всю сознательную жизнь, трудно представить, как бы было без нее.

С детства у меня было очень плохое здоровье, травма позвоночника, из-за которой мне пророчили инвалидность. И я стала об этом забывать, когда стала заниматься йогой. Положительный эффект от практики появился сразу.

С детства у меня было очень плохое здоровье, травма позвоночника, из-за которой мне пророчили инвалидность. И я стала об этом забывать, когда стала заниматься йогой.

А когда я начала заниматься корректно, то результаты стали очень мощными. К сожалению, травма опорно-двигательного аппарата — это на всю жизнь. И если я прекращаю заниматься или начинаю делать что-то не так, то сразу же чувствую дискомфорт. Но, благодаря регулярной практике я живу полноценно и делаю то, что не могут сделать даже здоровые люди.

Йога дает баланс, позволяющий поддерживать здоровье. Но, безусловно, йога не панацея и не способна решить абсолютно все проблемы. Все люди болеют и йоги тоже, есть множество факторов, которые влияют на наше состояние. Не стоит недооценивать медицину. Но с йогой поддерживать хорошее здоровье, конечно, легче.

Нужны ли такие мероприятия, как Avatar Yoga Festival?

Выбор своего стиля, своего учителя — очень сложная вещь. Обычно люди делают этот выбор эмоционально, руководствуясь ощущением «нравится/не нравится». И далеко не у всех есть время, желание и возможность пробовать разные стили, изучать и сопоставлять. Есть люди, которые пришли в одну школу и практикуют в рамках этого подхода десятилетиями. Конечно, в рамках одной школы развиваться в каком-то смысле удобно, тебе всегда подскажут, куда двигаться дальше. Ведь есть только одно утвержденное данным подходом направление. Наверное, это зависит от психотипа человека.

Есть практики открытые новому, которые ищут, пробуют разные стили. Мне кажется, их меньшинство. Они будут благодарны тем людям, у которых они учились, но взяв лучшее из прошлого опыта, будут продолжать искать то, что будет и дальше их вдохновлять, мотивировать, развивать. Именно для этих людей такие мероприятия, как Avatar Yoga Festival крайне полезны. Они смогут обогатить себя, выйти на новый уровень.